Category: происшествия

Category was added automatically. Read all entries about "происшествия".

12 апреля

Первому старту Н-1 - 50!



Ровно полвека назад состоялся первый пуск исполинской Н-1...
Это был ключ к высадке советского космонавта на Луну...
105-метровая ракета-носитель (это высота 30-этажного здания) с 30 двигателями на 1-й ступени, как её называли, "лебединая песня" Сергея Павловича Королёва...
Вспомним!!!

Пронзительные слова участников и очевидцев...


"21 февраля.
Мы получили новый тяжелый удар: при первом испытательном полете упала и взорвалась ракета Н-1. На 41-й секунде полета отказал один из 32 двигателей первой ступени и выключился другой, симметрично расположенный. Отключение двух двигателей еще не могло быть причиной аварии, ракета должна нормально лететь даже при шести выключенных двигателях. Полет продолжался еще примерно 50 секунд — ракета, медленно заваливаясь, достигла высоты всего 27 километров и упала в 23 километрах от старта. Система аварийного спасения сработала, и корабль Л-1 благополучно опустился на парашюте. Причина происшествия пока неясна, возможно, оно произошло из-за недостаточной эффективности новой системы стабилизации полета.
Обидно до слез, хотя случилось еще не самое худшее из того, что могло произойти. Ракета взлетела, оба старта не повреждены. Вполне возможно, что ракета Н-1 еще будет летать, но надежным носителем она никогда не будет. Сейчас ясно только одно: наша лунная программа, рассчитанная на ракету Н-1, безнадежно отстала от американской программы. Но выход из тупика есть — надо строить большую серию ракет УР-500К (несмотря на ряд неудачных пусков в целом это хорошая ракета) и, используя стыковку на орбите, готовить лунные экспедиции".

Дневники Николая Петровича Каманина


"Пуск был намечен на 20 февраля. Накануне метеослужба предсказала низкую облачность, мешающую визуальному контролю на участке первой ступени. Пуск был перенесен на 21 февраля.
По принципу ”береженого Бог бережет” все население площадок 112 и 113 было эвакуировано. В ”гостевой” зал управления пуском, который по привычке называли бункером, до отказа набилось участников подготовки, высоких гостей и приравненных к ним по статусу разных представителей. Телевизионные экраны позволяли наблюдать в ”гостевой” за стартом, не пользуясь перископами.
В пусковом зале управления у перископов места заняли начальник 6-го управления полигона полковник Павел Катаев, его заместитель полковник Евгений Моисеев, заместитель начальника полигона Анатолий Кириллов и заместитель главного конструктора по Н1 Борис Дорофеев. Здесь же находился председатель Госкомиссии Сергей Афанасьев и технический руководитель Василий Мишин.
В 12 часов 18 минут 07 секунд ракета вздрогнула и начала подъем. Рев проникал в подземелье через многометровую толщу бетона. На первых секундах полета последовал доклад телеметристов о выключении двух двигателей из тридцати.
Наблюдатели, которым невзирая на строгий режим безопасности удалось следить за полетом с поверхности, рассказывали, что факел казался непривычно жестким, ”не трепыхался”, а по длине раза в три-четыре превосходил протяженность корпуса ракеты.
Через десяток секунд грохот двигателей удалился. В зале стало совсем тихо. Началась вторая минута полета. И вдруг - факел погас...
Это была 69-я секунда полета. Горящая ракета удалялась без факела двигателей. Под небольшим углом к горизонту она еще двигалась вверх, потом наклонилась и, оставляя дымный шлейф, не разваливаясь, начала падать.
Не страх и не досаду, а некую сложную смесь сильнейшей внутренней боли и чувства абсолютной беспомощности испытываешь, наблюдая за приближающейся к земле аварийной ракетой.
На ваших глазах погибает творение, с которым за несколько лет вы соединились настолько, что иногда казалось - в этом неодушевленном ”изделии” есть душа. Даже теперь мне кажется, что в каждой погибшей ракете должна была быть душа, собранная из чувств и переживаний сотен создателей этого ”изделия”.
Первая летная упала по трассе полета в 52 километрах от стартовой позиции.
Далекая вспышка подтвердила: все кончено!"


Борис Евсеевич Черток "Ракеты и люди", том 4.
12 апреля

Земля, поклонись человеку!

27 марта

Сегодня день памяти без преувеличения крылатых людей.
Вот эта надпись в заголовке выбита на подходе к месту гибели первого космонавта планеты Юрия Алексеевича Гагарина и его наставника, Героя Великой Отечественной лётчика Владимира Сергеевича Серёгина.
Сегодня ровно 45 лет с тех пор, как прогремел тот взрыв под Киржачом...

И 70 лет другому взрыву, под Свердловском, у аэродрома Кольцово, оборвавшему жизнь Григорию Яковлевичу Бахчиванджи, испытателю советского самолёта "БИ-1", оснащённого жидкостным ракетным двигателем.
Слова о Юрия Гагарина о Григории Бахчиванджи весьма красноречивы:
"Без полета Григория Бахчиванджи, может быть, не было бы и 12 апреля 1961 года".
Ему тоже, по печальному совпадению, было 34...

Две трагедии с разницей в четверть века...

Без памяти об этих людях, бывших на самых передовых рубежах человечества, мы становимся Иванами, не помнящими родства!

Поэтому будем помнить и не забудем!
Вечная память!
И пусть будет им земля небом!
Звёздные странники

Памяти

 

Эта трагедия произошла ровно полвека назад. Во время тренировки в сурдобарокамере за 20 суток до триумфального полёта Юрия Гагарина погиб космонавт первого (как сейчас говорят - Гагаринского) набора Валентин Бондаренко. Он не вошёл в первую шестёрку, но в будущем имел все шансы стать одним из первых советских звёздных пилотов. Сегодня день его памяти, первого из космических икаров...

"Гибель Валентина Бондаренко была тайной первого отряда наших космонавтов в течение четверти века. Только весной 1986 года в Известиях, получив поддержку на уровне членов Политбюро и преодолев сопротивление всевозможных цензур, напечатали мой рассказ об этой трагической истории.
Валя Бондаренко был самым молодым в отряде - 24 года. Согласно утвержденному расписанию тренировок второй группы, 23 марта 1961 года он заканчивал десятисуточный эксперимент в сурдобарокамере, где его, как и других космонавтов, испытывали одиночеством и тишиной. В тот день он работал при пониженном давлении, что компенсировалось избытком кислорода. Сняв с себя датчики после медицинских проб, Валентин протер места их крепления ваткой, смоченной в спирте, и не глядя бросил эту ватку, которая упала на спираль включенной электроплитки. Плиткой пользовались для подогрева пищи, - увы, в испытательных стендах и тренажерах тогда было еще немало несовершенств. В перенасыщенной кислородом атмосфере пламя мгновенно охватило тесное пространство сурдобарокамеры. На Валентине загорелся шерстяной тренировочный костюм, но он не сразу подал сигнал тревоги на пульт, пробовал сам сбить пламя. Дежурный врач Михаил Александрович Новиков сразу открыть герметичную дверь, не выравнив давления снаружи и внутри, не мог. На все это требовались лишние секунды. А их не было. Когда Валентина вытащили, он был еще в сознании, все время повторял: "Я сам виноват, никого не вините..." Восемь часов врачи боролись за его жизнь, но спасти Бондаренко не удалось: он погиб от ожогового шока. Похоронили его на родине, в Харькове, где жили его родители. А жена Аня и пятилетний сын Сашка остались в Звездном городке. В архиве ВВС я читал выписку из приказа: "Обеспечить семью старшего лейтенанта Бондаренко всем необходимым, как семью космонавта. 15.4.61. Малиновский".


Я.К. Голованов "Королёв"

Это произошло в Москве. Первая шестёрка была в том момент на Байконуре, проходя тренировки по подготовке к будущему пилотируемому старту. Через два дня должен был состояться последний полёт беспилотного "Востока", на котором им предстояло присутствовать...

А 10 лет назад в этот день в огне атмосферы запланировано погибла наша самая совершенная, самая долговременная легенда - станция "Мир". Хорошо помню этот день. У нас в КБ все замерев слушали радиоприёмник, было не до работы, дома таймер вёл запись на видеомагнитофон... За несколько дней  до этого по ТВ шли короткие ролики с воспоминаниями о "Мире" тех, кому посчастливилось на нём летать, и с клипом группы Ground Beat, снятый в Гидролаборатории  ЦПК. В нём была пронзительность и безысходность.
Было тяжко и больно душе. Уходила целая эпоха. Уходила достойно и гордо. Всё сработало без замечаний.
В ЦУПе многие не смогли сдержать слёз...
"Мир". Сколько раз было счастье видеть тебя в небесах! Словно танцующий звёздный вальс, сверкающий всеми своими гранями алмаз. Были и чертежи, где указывались технические обозначения твоих модулей, встречи с твоими пилотами... Всё было.
Тебя нет уже 10 лет. Но мы никогда не забудем тебя! "Мир", покойся с миром!